RE:ценз «Девятая планета»: Юра Борисов в небе и дома
Фантастика – один из сложнейших и самых востребованных жанров мировой кинематографии. Но что бы новые российские режиссёры ни снимали, получается или притча в духе «Кин-дза-дзы», или пионерский утренник подобно «Отрокам во Вселенной». И вот, кажется, появился качественно новый разговор о фантастике: «Девятая планета», которая вышла на киноэкраны четыре недели назад и уверенно зашагала в сторону голливудских приключений. Но что-то пошло не так - взрывных сборов, как на то рассчитывали продюсеры, не случилось, но и жертвой немедленного забвения, как это бывает с иными “блокбастерами”, проект Николая Рыбникова не стал.
Митя Хруст (Юра Борисов) - обычный московский автомеханик, в прошлом пограничник, служивший где-то на Курилах. Время от времени у него в памяти возникают странные видения. В них ему грезятся путешествия на планету «Надым 9» в качестве солдата-контрактника, битвы с пришельцами и встреча с бывшей возлюбленной Полиной (Ирина Старшенбаум).Те немногие читали повесть Игоря Ткаченко, говорят, что она больше похожа на новеллизацию фильма, чем на литературный первоисточник. Впрочем, то, что «Девятая планета» явно не входит в корпус советской фантастики, наряду с произведениями Стругацких, Казанцева, Ефремова и других культовых авторов, подсказывает уже само название. Плутону отказали в статусе «планеты» только в нулевые, следовательно, книга Ткаченко должна быть относительно молодым сочинением. Так и есть: это сюжет, из которого отовсюду торчат хвосты Филиппа К. Дика («Вспомнить всё» и многое другое) и Роберта Хайнлайна («Звёздный десант»), но это не мешает «Девятой планете» быть самостоятельным, самобытным произведением.Одна страна нападает на другую, но силы противника недооценены, и война затягивается. Солдаты - фашисты, медики - пацифисты. Можно менять страны на планеты и вселенные, как угодно, но это известный сюжет не только из реальности, но и из кинематографа. Если у Пола Верховена была злая пародия на нацистские агитки про инопланетян, то в случае с «Девятой планетой» вышло «Слово пацана» в космосе (режиссёр Николай Рыбников хорошо известен по романтизации гопников в «Чекаго» и одного из сезонов «Трудных подростков»). Главные герои, простые ребята, попадают на другую планету, портал в которую открывается только через московское метро. На другом объекте они должны обеспечивать безопасность «научникам», которые собирают панацею от всех болезней. И здесь сразу несколько «но». Первое: попав на Землю, болезнь не только ремиссирует, но и прогрессирует в несколько раз. Второе: по легендам советских первооткрывателей, на планете существует «красный» вид панацеи, которую можно найти только с помощью солдат. И третье «но»: на планете водятся мелкие органические летучие «червецы», которые в небе, собираясь в рой, могут превратиться в химеру, принимающую самые различные формы, вплоть до копии вертолёта или танка («что бы русские ни производили, у них всё равно получается танк»). У «научников» возникает вопрос: эти твари либо не имеют никакого сознания, либо обладают разумом, во сто крат превосходящим человеческий? Однако открытие совершают военные, и не эмпирическим, а трагическим путём.Всё, что описано выше, ни разу не является спойлером. Это всё объясняется настолько подробно, что половину фильма можно просидеть с закрытыми глазами. Вслух проговаривается всё: от характеристик героев и их действий до подробностей жизни на «девятой планете». Хочется взмолиться: пожалуйста, только без закадра, но нет, даже какие-то мысли Хруста ещё и проговаривает закадровый голос. Это реально выглядит, как костыль, призванный дотянуться до извилин самых недалеких зрителей и буквально втолковать им суть происходящего - ничем подобным даже самые яркие фантастические проекты “до covid-ной” эпохи, вроде “Аванпоста”, не страдали.Зато вторая половина, когда включается любовная линия, полна метафорических и визуальных красот: тут и две луны, словно два обручальных кольца, и закадровый секс, который нам рисуют на небе ставшие вдруг дружелюбными летучие червецы. И вообще, в романтической части чем меньше разговоров, тем лучше. «Я знаю, что ты любишь меня. А я знаю, что ты любишь меня» (мы не утрируем, такой диалог действительно имеет место). Вот лучше выпиливать такие фразы, чем удивляться тому, что военные во время кровопролитного боя говорят на правильном современном русском литературном языке, а не матом.Разъяснение вслух и на картинках можно понять и простить. Для того чтобы быстро ввести и погрузить зрителя в новый, неизведанный мир, Джеймсу Кэмерону требуется примерно час, Вильнёву – несколько фильмов. Здесь же кино идёт чуть больше полутора часов, а погрузить зрителя в мифологию нужно максимально быстро. Для Сергея Михайловича Сельянова и его «СТВ» фильм является первым (оставим за скобками “Вратаря галактики”, который был проектом Джаника Файзиева, а Сельянов лишь занимался прокатом) опытом в фантастике, поэтому продюсеры и режиссёр Николай Рыбников очень аккуратно подошли к теме. А надо бы, наоборот: если уж взялись, то выкручивать все тумблеры на полную. Это же не просто сай-фай, а приключенческая фантастика: здесь одними псевдонаучными разговорами не обойдёшься, зрителя надо вовлекать максимально интенсивно.Зато романтическая линия получилась отменной, дико красивой и безо всяких объяснений. Хруст обнаруживает свою бывшую Полину среди медичек на «Надым 9». И вот здесь то, почему и зачем они когда-то расстались, перестаёт проговариваться и объясняться: просто так было нужно. Позже Хруст понимает, что он не единственный человек на Земле, кому не до конца стёрли память после операции на «Надым 9». Лучший способ проверить это – хором прочитать вслух Эдуарда Асадова «Не привыкайте никогда к любви», и тут же память восстановится.И вот здесь возникают претензии и к химерам, и к их прорисовке, и к Диме и Полине, которые несколько дней бродят по безжизненной пустыне, и к очень странному любовному треугольнику, в котором замешан гений по стиранию памяти Волков (Алексей Серебряков). И даже к Асадову. Тут, конечно, можно все списать на то, что любая фантастика - это аллегория, но логику, которая обязана объяснять происходящее на экране, никто не отменял.По актерскому составу понятно, что проект создавали с намёком на продажу за рубеж. Но тогда зачем московское метро? Зачем нашивки с неудобной кириллицей «Надым»? Зачем пьянство на даче? Кажется, что мы переоценили мощности «Газпром-Медиа» и пиар-кампанию, в которой были задействованы все ресурсы: от медиарекламы до офлайн-активностей. Но что-то не так. Создаётся ощущение, что нам продают романтическую историю под вывеской «наконец-то русские научились снимать фантастику!». Но нет, не научились. У нас свой путь. И каким бы красивым ни был финал с многоточием, это вряд ли история с намёком на развитие. У «Звёздного десанта», кстати, тоже не получилось с продолжениями, остальные сиквелы и триквелы оказались пустышками и вышли без особой помпы на телевидении и стримингах - не хватило им сатирического взгляда Пола Верховена. Так что мы с нетерпением ждём снимающуюся сейчас российскую фантастику в более удобоваримом варианте, а то замолчат все наши соловьи.
